Камерный хор Московской консерватории: Россини vs Шнитке

В одном концерте прозвучали два хоровых произведения с одним текстом, но написанные разделёнными временем и художественным мировосприятием композиторами.

Камерный хор Московской консерватории, Малый зал московской консерватории, 17 сентября 2013 / Фото: Владимир Орехов.

Камерный хор Московской консерватории, Малый зал московской консерватории, 17 сентября 2013 / Фото: Владимир Орехов.

Камерный хор Московской консерватории дал 17 сентября 2013 в Малом зале консерватории концерт с интересной программой, соединившей два совершенно разных композитора, объединённых однотипными текстами на латинском языке: у Россини это месса, у Шнитке – заупокойная.

И дело не в том, что даты их создания разделяет чуть более века, а в том, что «Маленькая торжественная месса» Джоаккино Россини его творческий путь завершила, тогда как «Реквием» Альфреда Шнитке стал в его творчестве этапным.

На последней странице рукописи «Мессы» Россини написал «Что сотворил я: священную музыку или дьявольскую? Я был рождён для оперы-буффа». Он был прав в этих сомнениях — несмотря на несколько эпизодов, выстроенных в соответствии с канонами строгого полифонического стиля, Россини в «Мессе» остаётся прежде всего композитором оперным. Можно привести много примеров, но наиболее ярким может служить №13 «O salutaris» – типичная оперная ария с элементами колоратуры.

От исполнения «Маленькой торжественной мессы» осталось двойственное впечатление. Очень хорошо с точки зрения вокала пел консерваторский хор, созданный Борисом Тевлиным и ныне руководимый его учеником Александром Соловьёвым. Коллектив полноценно звучал во всех динамических диапазонах и регистрах, воспроизводя широкую гамму колористических оттенков, однако его слабым местом довольно долго остаётся проблема дикции.

Неплохо показали себя меццо-сопрано Мария Челмакина, тенор Тигран Матинян и бас Евгений Шаченко, тогда как сопрано Ольга Веселова не всегда чисто интонировала, случалось и резкое звучание в верхнем регистре.

В органной партии Константина Волостнова не все регистровки показались удачными. Это не первый опыт сотрудничества этого хора с органистом — запомнился его не лучший органный аккомпанемент в «Страстях по Иоанну» ещё при Борисе Тевлине. Фортепианный аккомпанемент Екатерины Мечетиной в свою очередь создавал впечатление, что у рояля, как у органа, фиксированные динамические краски: громко и тихо. Оттенков и полутонов слышно не было, зато форте раздавалось щедрой рукой — однообразное, прямолинейное, временами заглушавшее хор.

Исполнение во втором отделении «Реквиема» Альфреда Шнитке произвело куда более благоприятное впечатление (отдельная благодарность Александру Соловьёву за само составление этой программы). Если «Маленькую торжественную мессу» Россини в апреле публика могла слышать в аналогичном составе под управлением Владимира Минина, а год назад — в рамках IV Большого фестиваля РНО в оркестровом варианте под управлением Альберто Дзедды, то «Реквием» Альфреда Шнитке — исключительная музыкальная редкость.

Камерный хор Московской консерватории исполнил эту весьма непростую уже в силу необычного состава ансамбля, партитуру с полным пониманием стиля. Здесь почти не было проблем у солистов (сопрано Алиса Гицба, О. Веселова, меццо-сопрано Людмила Борисова, М. Челмакина, Тигран Матинян). Качественно звучал и ансамбль солистов «Студия новой музыки» (художественный руководитель Владимир Тарнопольский). Очень корректно, в хорошей регистровке прозвучала у Евгении Кривицкой партия органа.

В этом исполнении совершенно уместным оказалось «Credo», обычно не включаемое в канонический текст «Реквиема» – оно стало эмоциональной кульминацией сочинения. Надо помнить, что «Реквием» — это заупокойная траурная месса, поэтому совершенно неожиданно перед завершающим номером, просящим покоя, полным скорби по умершим, как победа над смертью звучат ликующие фанфары: «Верую!» (Credo — верую, лат.).

Верую — вопреки смерти! («Смерть, где твоё жало? Ад, где твоя победа?» – 1-е Послание к коринфянам апостола Павла 15:55). «Credo» было повторено на бис и прозвучало даже лучше — с ещё большим ликованием. Хотелось бы, чтобы «Реквием» Альфреда Шнитке закрепился в постоянном репертуаре Камерного хора Московской консерватории.