Неизвестный Прокофьев — новые «Египетские ночи» и «Иван Грозный»

Второй концерт Лондонского филармонического оркестра 2 апреля 2012 года в рамках Фестиваля Мстислава Ростроповича состоял из двух премьер сочинений Сергея Прокофьева, исполненных под управлением Владимира Юровского.

В первом отделении прозвучала сюита, включившая в себя музыку к спектаклю московского Камерного театра по мотивам пьес Бернарда Шоу «Цезарь и Клеопатра» и Уильяма Шекспира «Антоний и Клеопатра». Связующим звеном стал неоконченный фрагмент Александра Пушкина «Египетские ночи», поставленному Александром Таировым для Алисы Коонен в 1934 году. Прокофьев сочинил музыку к спектаклю вскоре после своего возвращения в СССР в 1933 году.

khamatova-khabensky

Чулпан Хаматова, Константин Хабенский, Владимир Юровский / Фото: Юрий Покровский.

Вступительное слово перед исполнением сюиты сказал В. Юровский — причём именно сказал, а не прочёл по заранее заготовленному тексту. Этим молодой дирижёр продемонстрировал, что не нуждается в услугах штатных ведущих, поскольку это делает гораздо лучше.

В исполняемой сюите, составленной Юровским на основе пометок на партитуре и полях пьесы, он распределили последовательность оркестровых фрагментов и использовал все 44 музыкальных эпизода, сочиненных Прокофьевым, в том числе те, что не использовались в спектакле Таирова.

Текст читали Константин Хабенский и Чулпан Хаматова, которая особенно замечательно перевоплощалась голосом то в юную Клеопатру, то во взрослую женщину, одержимую страстью, то в старуху-служанку. Хабенский уступал в харизматичности Хаматовой — интересно будет сравнить его с Евгением Мироновым, который должен принять участие в таком же концертном исполнении с Хаматовой, но с оркестром Мариинского театра с Валерием Гергиевым за дирижерским пультом на Пасхальном фестивале.

Лондонцы и В. Юровский исполнили сюиту блестяще, хотя музыка по своему замыслу носила не главный характер в постановке, уступив лидерство слову; тем не менее, существование текста в самом лучшем исполнении без этой музыки было бы очевидно более ущербным.

Зато во втором отделении при исполнении оратории «Иван Грозный» музыка взяла реванш. Как известно, такой оратории в природе не существует, а исполняются отдельные номера из музыки к одноимённому кинофильму Сергея Эйзенштейна — две серии из предполагаемых трех, снятых им во время Второй мировой войны.

С 1962 года, обычно с успехом, исполняется вариант оратории, составленный и оркестрованный дирижером и композитором Абрамом Стасевичем. Для концертного исполнения музыку к старым кинофильмам приходится оркестровать, поскольку партитуры были написана с учетом технических возможностей звукозаписи в кинопроцессе того времени и что теперь именуется саундтреком. Вариант Стасевича записан на пластинки Риккардо Мути с участием Ирины Архиповой, Анатолия Мокренко и Бориса Моргунова, а также Геннадием Рождественским, Мстиславом Ростроповичем, Владимиром Федосеевым.

Из музыки к этому фильму композитор Михаил Чулаки по заказу Большого театра скомпоновал и оркестровал балет «Иван Грозный», либретто которого написал и поставил хореограф Юрий Григорович. В 1962 году я был на премьере оратории, составленной и оркестрованной Стасевичем — тогда этот факт рассматривался как прорыв и произвёл очень яркое впечатление, несмотря на то, что Стасевич оркестровал ее достаточно осторожно, консервативно. Еще свежи были в памяти нападки на Прокофьева и Шостаковича за так называемый формализм, что было суровым обвинением в постсталинские годы, когда еще имя Жданова, уже покойного, навевало сакральный ужас. Позже, с неизменным удовольствием, приходилось неоднократно слушать её в разных исполнениях.

Израильская музыковед Нелли Кравец с большими усилиями и не без доли везения нашла в архиве Левона Атовмьяна – близкого друга Прокофьева, другой вариант оратории, составленный и оркестрованный им, и, по некоторым сведениям, одобренный самим Прокофьевым. Похоже, что оба варианта писались примерно в одно и то же время, но Стасевич, располагая оркестром, успел исполнить свой вариант раньше атовмьяновского, чем на долгие годы оставил его единственным на на концертной эстраде.

Вскоре после исполнения варианта Стасевича Атовмьян тяжело заболел и не имел возможности продвинуть для исполнения свой вариант. Именно эта оркестровка Атовмьяна и была исполнена и уже записана на CD ЛФО и Владимиром Юровским. Она заметно короче Стасевичского (около 40 минут и 8 номеров против часа с лишним и 25 номеров), более экспрессивна, ярка, лучше соответствует настроению фильма Эйзенштейна. Звучит она заметно жестче, чем у Стасевича, но, в то же время, более «пряная».

Кроме того, Атовмьян переставил относительно фильма порядок частей — вероятно, усиливая экспрессию звуковой ткани. Еще большую экспрессию придал партитуре Владимир Юровский, который с огромным удовольствием просто купался в этих созвучиях. Он светился от внутреннего удовлетворения тем, что принес московским слушателям новые ощущения в, казалось бы, хорошо известной музыке.

При всех своих интересных особенностях вариант Атовмьяна не умаляет, однако, заслуги Стасевича, не опровергает его оркестровку; в этом свете показалась не совсем корретной несколько пренебрежительная интонация оценка варианта Стасевича во вступительном слове профессора Нелли Кравец об истории обретения рукописи Атовмьяна. Можно надеяться, что оба варианта оратории «Иван Грозный» Прокофьева будут исполняться, не отменяя одна другой.

Существует, кстати, еще один вариант записи полной партитуры, сочиненной Прокофьевым с расчетом на трехсерийный фильм — он записан и даже издан Владимиром Федосеевым на CD, хотя анализ этой записи не входит сегодня в задачу.

Особо хотелось бы отметить высокое качество исполнения, которое публика услышала 2 апреля 2012. Никакие комплименты в адрес ЛФО не будут чрезмерными — оркестр весь вечер играл превосходно. Скрипки звучали как единый инструмент, медь была практически безупречна. Блистательно, по другому не скажешь, исполнила свою партию в «Иване Грозном» меццо-сопрано с яркой контральтовой окраской Елена Заремба, хорошо звучал голос баритона Андрея Бреуса.

Великолепно со своими партиями справились и объединенные Госхор им. Свешникова и Камерный хор Московской консерватории, которыми руководит Борис Тевлин, что свидетельствует о большой предварительной работе как самого Тевлина, так и его хормейстеров. Ну а движущей силой, мотором этого неординарного мероприятия интересной программы был, безусловно, Владимир Юровский.

III Международный фестиваль Мстислава Ростроповича

Сергей Прокофьев

«Египетские ночи», симфоническая сюита из музыки к спектаклю Камерного театра по мотивам сочинений В. Шекспира, Б. Шоу и А. Пушкина для чтецов, мужского хора и оркестра, соч. 61 (1934). Первое исполнение в России.

Первое исполнение в России
Чтецы: Чулпан Хаматова, Константин Хабенский

Оратория «Иван Грозный» – оратория для солистов, хора и оркестра (составил и инструментовал и музыки к фильму Сергея Эйзенштейна «Иван Грозный» Левон Атовмьян, 1942). Первое исполнение в России.

I. Иван и бояре
II. Песня про бобра
III. Опричнина
IV. Лебедь
V. Анастасия
VI. Океан-море
VII. Взятие Казани
VIII. Величание

Исполнители:

Солисты — Елена Заремба, меццо-сопрано; Андрей Бреус, баритон.

Лондонский филармонический оркестр (Великобритания)

Государственный академический русский хор имени А. В. Свешникова, Камерный хор Московской консерватории. Художественный руководитель и главный дирижер — Борис Тевлин.

Дирижер — Владимир Юровский

Большой зал Московской консерватории им П.И. Чайковского
2 апреля 2012 г.