Нужны ли нам мнимые звёзды?

Концерт абонемента московской филармонии «Звезды мировой оперы в Москве. Звезды Нового Света», состоявшийся 7 марта 2012 года в Концертном зале им. П.И. Чайковского, главным образом поставил вопрос: через какой телескоп устроители концерта разглядели среди его участников звёзд — что вокальных, что дирижёрских?

Вступление к III акту оперы Вагнера «Лоэнгрин» сразу продемонстрировало исполнительский тренд английского дирижёра Мэттью Уиллиса: громко и бодро, что называется «крупным помолом». При этом нельзя не отметить хорошее качество звучания медных духовых, и, что особенно удивительно, валторн оркестра «Новая Россия» – все четыре валторны в Вагнере интонировали очень чисто. Вступившие затем тромбоны тоже совпали по строю с валторнами. Редко, но бывает, что и «медное духовенство» может нас порадовать.

Scott-Hendricks

Скотт Хендрикс, баритон

В целом в этом концерте оркестр «Новая Россия» под управлением Уиллиса звучал неплохо, хотя в столичной критике стало общей фигурой ругать его за качество звучания. Стоит слушать и слышать, а не использовать привычные клише — они не вечны.

Главная претензия не к оркестру, а к дирижеру, особенно к симфоническим фрагментам концерта. Более-менее приемлемо были исполнены лишь два танца из оперы «Алеко» Рахманинова. У нас их если и исполняют отдельно, то, вероятно очень редко. Была интересна, по крайней мере в связи с неизвестностью в России, увертюра к опере Верди «Стифеллио». Однако в увертюре к опере «Набукко» дирижёр погрохотал вволю, а увертюра к опере Глинки «Руслан и Людмила» была исполнена в традициях большого советского стиля – громко и помпезно, хоть сейчас выноси на концерт к какому-нибудь съезду КПСС в стиле «а ля рус», как его воспринимают на Западе.

В аккомпанементе Мэттью Уиллис был более успешен. Его динамика была более-менее корректной по отношения к солисту, хотя даже не слишком громкий аккомпанемент временами заглушал Скотта Хендрикса. Первый же номер главного героя концерта, Скотта Хендрикса, заявленного звездой мировой оперы, поверг в недоумение. Если это звезда, то что тогда остальные?

Романс Вольфрама из вагнеровского «Тангейзера» просто было плохо слышно. Голос певца, хотя и довольно красивый по тембру, звучал глухо и невыразительно, заметно качался. Ария Ирода из оперы Массне «Иродиада» прозвучала чуть лучше и увереннее. В первой из прозвучавших в этом концерте арий Онегина из 3-й картины I действия «Вы мне писали, не отпирайтесь…» певцу, как кажется, не был понятен сам смысл происходящего, эмоциональный настрой его героя, его скрытое раздражение — отсюда и недостаток эмоциональности.

Вторая из спетых в этот вечер ария Онегина из 1-й картины III действия «Ужель та самая Татьяна…» была исполнена на бис и тоже не дотягивала до нужного градуса. В речитативе и арии «Вы так печальны, дорогая…» из оперы Чайковского «Пиковая дама» Елецкий выглядел не влюбленным князем, а каким-то юродивым с заторможенными эмоциями.

Наиболее же слабо, в том числе вокально, была исполнена сцена смерти Родриго маркиза ди Позы из оперы Верди «Дон Карлос». Наиболее удачными в концерте стало исполнение арии Жерара из оперы Джордано «Андре Шенье» и монолога Форда из оперы Верди «Фальстаф», но и здесь вокальная сторона оставляла желать лучшего.

Звездного подарка к Женскому дню не получилось – не соответствует Скотт Хендрикс этому статусу — по крайней мере, в своей нынешней вокальной форме. Сегодня, как ни крути, чтобы называться звездой мировой оперы, надо спеть если не заглавные, то хотя бы крупные партии в постановах таких оперных театров как Ла Скала, Римская опера, Ковент Гарден, Гранд Опера в Париже, Венская опера, Метрополитен опера, Гамбургская опера, Колон в Буэнос-Айресе, и не по одному разу, как минимум во втором составе. А в активе Скотта Хендрикса таковые даже не упоминаются.

Абонемент № 2 «Звезды мировой оперы в Москве. Звезды Нового Света»

Скотт Хендрикс, баритон, США
Государственный симфонический оркестр «Новая Россия»
Дирижёр – Мэттью Уиллис, Великобритания

Программа:

I отделение
Рихард Вагнер: Вступление к III действию оперы «Лоэнгрин», Романс Вольфрама (O! du mein holder Abendstern») из оперы «Тангейзер»;
Жюль Массне: Ария Ирода («Vision fuitive») из оперы «Иродиада»;
Сергей Рахманинов: Танцы из оперы «Алеко» – № 5 Пляска женщин, № 6 Пляска мужчин;
Пётр Чайковский: Ария Онегина (Вы мне писали, не отпирайтесь…) из оперы «Евгений Онегин».
Умберто Джордано: Ария Шарля Жерара («Nemico della Patria») из оперы «Андре Шенье».

II отделение
Джузеппе Верди: Увертюра к опере «Набукко» – сцена смерти Родриго («Per me guinto…») из оперы «Дон Карлос»;
Михаил Глинка: Увертюра к опере «Руслан и Людмила»;
Пётр Чайковский: Речитатив и ария Князя Елецкого(«Вы так печальны, дорогая…») из оперы «Пиковая дама»;
Джузеппе Верди: Увертюра к опере «Стиффелио» – ария Форда(«Ế sogno?») из оперы «Фальстаф»;

Бис: Пётр Чайковский: Ария Онегина (Ужель та самая Татьяна…) из оперы «Евгений Онегин»

Концертный зал им. П.И. Чайковского
7 марта 2012 года.


  • Евгений

    Список лучших оперных театров мира немножко удивляет. Бесспорны в нём, конечно, Милан, Вена и Нью-Йорк. Ну, ещё Буэнос-Айрес. Но Лондон, Париж и Гамбург, по-моему, могут войти в список только после Сан-Франциско и Мюнхена, (уж не говоря о Чикаго, выпавшем из списка скорее всего по недосмотру).