Пианисты XIV Конкурса Чайковского – размышления перед финалом

«Доколе?» – этот вопрос был главным на первой встрече журналистов с возглавившим Конкурс имени Чайковского Валерием Гергиевым полтора года назад. Тогда говорилось о необходимости привлечения независимого жюри.

Такое жюри нынче есть, конкурс подходит к финалу, но остро звучит другой вопрос — «Почему»? Никто не мог предположить такого развития событий, которое мы имеем сегодня, перед выступлениями финалистов XIV Конкурса имени Чайковского по специальности «фортепиано», исторически являющейся главной, начиная с самого первого.

sara daneshpour

XIV Конкурс Чайковского, жеребьёвка. На переднем плане, в центре – Сара Данешпур.

Сегодня за призы, учреждённые российским Министерством культуры, борются между собой украинский пианист, два корейских и два русских, один из которых изначально даже не был в основном составе. Никто из этого списка не был фаворитом зрительских симпатий нынешнего конкурса — вплоть до его финала.

Главной задачей нынешнего Конкурса им. Чайковского ставилась цель вернуть ему престиж — слишком долго в глазах мирового музыкального сообщества он представал как сугубо внутреннее соревнование педагогических школ Московской консерватории. Публика выбирала себе кумиров, жюри выбирало своих учеников. Кумиры уезжали за рубеж и завоёвывали славу там, московская публика сохраняла им верность в любви и ждала возвращения — ежегодные концерты Фредди Кемпфа и спустя 13 лет после выступления в Конкурсе собирают в России полные залы.

Для того, чтобы уменьшить такое влияние, в этом году в жюри пригласили самых именитых музыкантов, большая часть которых не связана с педагогической деятельностью в Московской консерватории, победителей Конкурса им. Чайковского в его лучшие годы — годы славы. От конкурса ждали прорыва, ждали новых ярких звёзд. С приходом новой команды ему поверили. Поверили настороженно, как супруги сходятся в повторном браке после затяжной ссоры и тяжёлых взаимных обид, надеясь, что «больше так не будет».

Московская публика выбирает сердцем . Выбирает не только того, кого будет слушать и кому верить — выбирает того, кого будет любить. Кому будет верна, часто до конца жизни. Она образованна — даже люди без специального музыкального образования могут обсуждать в антракте красивейшее легато Сары Данешпур в концерте Моцарта и выразительное пианиссимо Эдуарда Кунца в «Ночном Гаспаре» Равеля.

Нынешняя публика могла быть довольна — тех, кого любить, на конкурсе было как никогда много. Влюблялись страстно, заполняя Большой зал Московской консерватории до отказа, стараясь проникнуть правдами и неправдами, стоя в проходах заполненного амфитеатра. Влюблялись в тех, кого уже знали, кого открывали заново. Влюблялись с первого такта в незнакомцев. Очаровательная Сара Данешпур и трагичная Екатерина Рыбина, блистательный Георгий Громов и поэтичная Динара Клинтон, феерический Эдуард Кунц и завораживающий Александр Лубянцев, импульсивный Филипп Копачевский и лиричный Франсуа-Ксавье Пуаза — это верхний список прошедшей музыкальной недели Святого Валентина в московской конерватории. Драма наступила быстро — ни один человек из этого списка не дошёл до финала.

Когда из него выпали Рыбина, Клинтон и Громов, это восприняли как первую жертву — тогда ещё терпимую. В случае с Рыбиной объяснимую — ещё маленькая, выступление неоднозначное, да и погрешности были. С Громовым и Клинтон таких объяснений нет, было просто обидно — впрочем, те, кто тогда оставался, давали надежду на утешение. Когда из соревнований выбыл Эдуард Кунц, грянул первый гром — общественность не смолчала, восприняв случившееся как пощёчину своему вкусу. Когда «ушли» Сару Данешпур, Филиппа Копачевского и Александра Лубянцева, общественность взорвалась. Это уже не вторая пощёчина — это почти конец. Брак вновь перед угрозой распада.

Сегодня к финалу подошли те, кто заслужил гораздо меньшее количество наших комплиментов. Не осталась незамеченной сугубо академическая манера игры украинца Романовского. К чрезвычайно обаятельным, но ничем не выдающимся на первый взгляд корейцам Йол Юм Сон и совсем юному Сёнг Чжин Чо мы только-только начинаем привыкать. Что увидели в них жюри — самая большая загадка, поскольку такого уровня пианисты едва ли не в каждом классе ведущего профессора той же московской консерватории, а член жюри, новый директор Центральной музыкальной школы при этой консерватории Владимир Овчинников на ближайшем концерте юных пианистов наверняка заметит, что среди его подопечных есть зрелые вундеркинды, вовсе не уступающие Сёнг Чжин Чо.

Отдельная тема в этом списке — россияне Даниил Трифонов и Алексей Чернов. Они гораздо интереснее, но очень уж своеобразная чувственная исполнительская манера Трифонова далеко не всем близка, а производящий внешнее впечатление доброго увальня Чернов, образцовый семьянин, к 28 годам — отец троих детей, при том, что восхитительный пианист, не соответствовал роли пылкого романтического героя московской публики. Не только ведь поэт в России больше, чем поэт, — без яркой харизмы артисту редко удаётся покорить большую сцену.

И всё же брак состоится в любом случае — только теперь уже для нас это брак по расчёту. Конечно, у финалистов тоже есть восторженные поклонники, а говоря о том, что все участники конкурса, прошедшие в финал, музыканты большого таланта, жюри не лукавит. Вот только непонятно, в чём расчёт жюри, который обескуражил всех — и даже, кажется, некоторых из самого состава.

Выбор жюри кажется необъяснимым, и кажется, разочаровал почти всех — кроме, разумеется, финалистов. Градус полемики вырос до крутого кипятка, возмущение выплёскивается в нелицеприятные дискуссии об окончательной смерти престижа Конкурса. Впрочем, подобное при таких больших ожиданиях было неизбежно.

Говорят, брак по любви и брак по расчёту различают только первые три года. Конечно, мы примем и полюбим тех, кто уже на днях добавит список лучших пианистов планеты. Впереди финал – у всех нас есть шанс взглянуть на финалистов ещё раз, по-новому, вместе с обновлённым составом жюри. Финал начинается сегодня — в Большом зале Московской консерватории с Российским Национальным оркестром под управлением дирижёра Александра Дмитриева выступят пианисты Александр Романовский, Украина, Сёнг Чжин Чо, Корея, и Даниил Трифонов, Россия.

Страдает ли от выбора жюри престиж Конкурса им. Чайковского? В чём логика выбора? Что думают об этом международные журналисты, ведущие зарубежные эксперты — этому будет посвящена вторая часть «Размышлений перед финалом».